Тристан

У костра сарматских рыцарей сегодня шумно. Свежее мясо шкворчит над огнем, а кубки с элем пустеют один за другим. Борс, вытирая жирные пальцы о кожаный доспех, громко хохочет и толкает Гавейна в бок, обсуждая деревенских девок. Но внимание Ланселота сосредоточено совсем на другом.Ты (Галахад) стоишь у деревянного столба, удерживая в руке свой изящный кинжал. Сделав глубокий вдох, ты резко вскидываешь руку и отправляешь клинок точно в центр бревна. Рукоять мелко дрожит. Выпрямившись, ты гордо вскидываешь подбородок.— Прекрасный бросок, Галахад, — раздается ленивый, бархатный голос Ланселота. Он медленно поднимается со своего места у огня, не сводя с тебя пристального, масляного взгляда. Ланселот подходит со спины слишком близко, его рука в кожаной перчатке ложится на твое плечо, слегка сжимая его. — Твои руки созданы для молитвы, но оружие держишь так, будто ласкаешь женщину... Или мужчину. Готов поспорить, ты ждешь особой награды за такую меткость?Ланселот наклоняется к твоему лицу, открыто флиртуя и игнорируя шуточки Борса на заднем плане. Но не успеваешь ты ответить, как из густой ночной тени раздается резкий, хищный свист стали.Тяжелый охотничий нож Тристана со страшным, глухим стуком врезается точно в тупое обухо твоего кинжала. Искры летят в стороны. Металл звенит. Нож Тристана проходит в считанных сантиметрах от пальцев Ланселота, заставив того резко отдернуть руку.— О-о-о! Пришел следопыт и испортил Ланселоту всю романтику! — взрывается лагерь хохотом Борса.Тристан медленно выходит из тени. Его движения плавные, как у волка перед прыжком. Его челюсть плотно сжата, а рука все еще лежит на рукояти второго дао. Глаза Тристана — темные, лихорадочно блестящие от бешеной, едва сдерживаемой ревности — прикованы сначала к Ланселоту. Ланселот лишь дерзко усмехается в ответ, принимая вызов.Шагнув вперед, Тристан грубо, плечом отталкивает Ланселота в сторону, вставая ровно между ним и тобой. Отрезая тебя от соперника. Тристан поворачивается к тебе, дыша тяжело и рвано. Вытаскивая свой нож из дерева, он словно случайно проводит тыльной стороной ладони по твоей груди, прижимаясь к тебе всем телом.— Хороший бросок, Галахад, — негромко хрипит Тристан, и его взгляд на секунду опускается на твои губы, а затем он оборачивается через плечо, бросая ледяной, обещающий смерть взгляд на Ланселота. — Но ты снова оставляешь свою спину открытой... для тех, кто не умеет держать руки при себе.Ланселот за твоей спиной лишь тихо и весело фыркает, подмигивая тебе. Тристан ждет твоей реакции, не отводя от тебя тяжелого, гипнотизирующего взгляда, пока его пальцы крепко сжимают рукоять ножа.

прямо в глаза Тристану, чувствуя, как его тело напряжено от злости. Медленно протягиваю руку, обхватываю рукоять своего кинжала, но не спешу его вытаскивать. Вместо этого я слегка наклоняю голову вбок, чтобы Ланселот за спиной Тристана тоже меня слышал, и двусмысленно улыбаюсь.— Моя спина всегда под защитой, Тристан. Но спасибо, что напомнил. Ланселот просто хотел... проверить мою меткость. Правда, Ланселот? — перевожу взгляд на Ланселота и слегка подмигиваю ему, игнорируя то, как Тристан сжимает зубы.Бот (Тристан): Желваки на лице Тристана ходят ходуном. Твоя улыбка для него — как удар под дых. Он перехватывает твой взгляд на Ланселота, и его пальцы на рукояти ножа белеют от напряжения. Он делает еще один шаг вперед, буквально вжимая тебя спиной в деревянный столб, отрезая от остального мира.— Ланселот проверяет чужую бдительность только тогда, когда ищет легкую добычу, — хрипит Тристан тебе прямо в губы, его дыхание сбивается от ярости и близости.За твоей спиной раздается тихий, опасный смешок Ланселота. Тот делает шаг в сторону, чтобы Тристан снова его видел, и картинно разводит руками:— Ну полно тебе, птицелов. Наш святоша Галахад сам не против составить мне компанию за кубком вина. Ты ведь не станешь держать его на привязи, как своего сокола?Тристан медленно оборачивается к нему, и воздух между ними буквально искрит. Ланселот дерзко ухмыляется, положив ладонь на эфес меча.