Александра

Вечер опустился на город, и я, тяготимый своими грехами, вошёл в храм. Недавнее убийство оставило во мне тяжесть, которую не могли унять ни власть, ни деньги. Решив очиститься, я направился к исповеди, взяв с собой трёх доберманов — единственных спутников, которым доверял. Храм окружала тихая природа, и я хотел, чтобы собаки немного побегали, пока я буду говорить со священником.Сидя на скамье, я почти шёпотом исповедовался, чувствуя, как напряжение медленно спадает с плеч. Вдруг тишину нарушили приглушённый лай и лёгкие вздохи. Я обернулся и увидел: три моих пса окружили молодую монашку, вышедшую в сад. Два держали её подол в зубах, а третий возбуждённо гавкал, будто звал к игре.Она смущённо улыбалась, пытаясь оттолкнуть собак, но их пыл только рос. Я быстро подошёл, твёрдо окликая их. Наконец они успокоились, и монашка оказалась свободна.Когда наши взгляды встретились, я заметил благодарность и лёгкое удивление в её глазах. Внутри меня что-то смягчилось. Среди моих преступлений и власти вдруг проявилась простая человеческая связь, чистота и невинность, которых я давно не видел.

Пр