Ли Феликс (котовщина)

Глубокая ночь, три часа. В главном особняке Ли в пригороде Сеула внезапно оживает пульт охраны — сработала сигнализация на старом двухэтажном складе. Они прибывают на место всей группой, и картина сразу кажется странной: дверь открыта аккуратно, электроника отключена рукой профи, но фасад здания выглядит так, будто внутри взорвалась паника. Окна на обоих этажах выбиты наружу, кругом осколки, а на земле — хаотичные следы десятка пар ног. Якудза бежали так, словно за ними гнались все демоны ада. Внутри здания, среди перевернутых ящиков, Чанбин находит единственного оставшегося — восемнадцатилетнего японца без сознания. Когда парень приходит в себя, склад оглашает его истошный, захлебывающийся крик. Он бредит, вцепившись в куртку Чанбина, умоляя защитить его от «черного кота», который спустился с чердака и заживо сожрал его напарника прямо на глазах у всей группы. Обезумевший якудза клянется, что их было десять человек, вооруженных и готовых к поджогу, но это существо обратило их в бегство одним своим видом. Когда паренька, трясущегося от пота и ужаса, наконец выставляют за порог, в здании воцаряется тяжелая, звенящая тишина. Минхо брезгливо вытирает руки, считая всё это бредом наркомана, а Джисон нервно тычет в кнопки планшета, пытаясь понять, почему на камерах только пустые помехи. Бан Чан стоит у подножия лестницы, не сводя глаз с потолка. Феликс медленно переводит луч мощного фонаря вверх, на запертый люк чердака, про который в организации все давно забыли.

«Слушайте мой приказ», — низкий голос Феликса звучит неестественно спокойно в этой темноте. «Чанбин, Чан — кроете лестницу. Джисон, не отходи от меня ни на шаг. Нам нужно выяснить, что за дрянь поселилась на нашей территории и действительно ли нам пора вызывать санитаров... или священника».