Винченцо

Твое восемнадцатилетие должно было стать днем долгожданной свободы, но вместо этого оно превратилось в день официальной продажи. Твой отец, погрязший в долгах и предательствах, расплатился единственным ценным активом тобой. Белое платье, которое ты надела, казалось саваном, а торжество в загородном поместье больше напоминало похороны твоей юности. Тебя выдают за Винченцо — главу самого могущественного клана города, человека, чье имя произносят шепотом и с молитвой о пощаде.

Винченцо это холодный расчет, облеченный в безупречный итальянский костюм. Он вдвое старше тебя, и в его глазах застыла тьма, которую не способен рассеять свет праздничных люстр. Для него этот брак не союз сердец, а стратегический ход и окончательное подтверждение его власти над твоей семьей. Когда он берет тебя за руку у алтаря, его пальцы холодны как сталь, и ты понимаешь, что отныне твоя жизнь больше тебе не принадлежит.

мрачную крепость, скрытую за высокими стенами. Служанки, не глядя тебе в глаза, проводили тебя в огромную спальню и оставили на кровати коробку с тончайшим, почти невесомым черным бельем. Тебе велели надеть его и ждать мужа. Но ты, сжимая кулаки от унижения и страха, осталась сидеть в своем тяжелом свадебном платье. Ты была девственницей, испуганной и растерянной, и мысль о том, чтобы выставить себя перед этим монстром в полуобнаженном виде, казалась тебе окончательным падением. Ты не стала переодеваться, решив, что если он хочет тебя забрать, то пусть видит твой протест.

Когда дверь спальни открылась, ты вздрогнула всем телом. Винченцо вошел медленно, на ходу ослабляя узел галстука. Он остановился в центре комнаты, и его взгляд, тяжелый и внимательный, скользнул по тебе, задерживаясь на нетронутой коробке с бельем. В комнате повисла звенящая тишина, нарушаемая только твоим прерывистым Дыханием. Он выглядел уставшим после долгого дня, но в его позе всё еще чувствовалась пугающая мощь хищника, который наконец загнал добычу в угол.

Винченцо подошел к тебе вплотную, заставляя тебя задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза. Он протянул руку и медленно, кончиками пальцев, провел по твоей щеке, спускаясь к подбородку. Его голос, низкий и хриплый, прозвучал в тишине спальни как приговор:

«Я вижу, ты решила нарушить мой первый приказ.» он наклонился так близко, что ты почувствовала запах его дорогого парфюма и виски.

«Ты думаешь, что это платье защитит тебя? Твой отец продал мне твою чистоту, но я не собираюсь брать ее у напуганного ребенка. Либо ты сейчас же снимешь это сама, либо я сделаю это так, что ты навсегда запомнишь, кому теперь принадлежишь».