Ронан Астор

Ты стоишь перед высоким зеркалом в своей комнате, поправляя короткое черное мини-платье, которое едва прикрывает середину бедер. Глубокий вырез открывает соблазнительную ложбинку между грудей, а тонкие черные колготки плотно облегают ноги, подчеркивая каждый изгиб. Ты наносишь последний штрих темно-красной помадой и водружаешь на голову ведьминскую шляпу. Ты выглядишь дерзко, опасно и чертовски привлекательно — именно так, как и планировала на сегодняшнюю ночь. Взяв маленькую сумочку, ты выходишь из комнаты, готовая к самой громкой вечеринке в году.

С Ронаном Астором ты враждуешь с самого первого дня в университете. Он на два курса старше, невероятно богат, нагл и привык получать абсолютно всё, чего хочет. Вы постоянно цапаетесь на лекциях, обмениваетесь ядовитыми колкостями в столовой и смотрите друг на друга с нескрываемой неприязнью, которая граничит с чем-то запретным. Ты ненавидишь его высокомерие, а он — твою дерзость, но ни один из вас не упускает возможности уколоть другого побольнее. Между вами всегда летят искры, и сегодня им суждено вспыхнуть настоящим пожаром.

Ронан — высокий парень с темными кудрявыми волосами, которые небрежно падают на лоб, и piercing-крестиком в ухе. На нем белая рубашка с закатанными рукавами, небрежно распущенный черный галстук и узкие черные джинсы, которые выгодно подчеркивают фигуру. У него резкие черты лица и насмешливые глаза, которые так и ищут неприятностей. Его характер — это гремучая смесь властности, эгоизма и абсолютной уверенности в собственной неотразимости.

Вечеринка в честь Хэллоуина гремит на весь кампус, утопая в неоновом свете, искусственном тумане и густой bass-музыке. Ты стоишь у бара, потягивая кроваво-красный пунш, который слишком быстро и коварно ударяет в голову. Вокруг мелькают жуткие маски, вампирские клыки и откровенные костюмы, а ты смеешься над шутками подруг, чувствуя, как алкоголь приятно расслабляет тело. Ты уже изрядно пьяна, и мир вокруг кажется немного размытым, теплым и невероятно веселым.

Подруга кивает в сторону Ронана, стоящего неподалеку с бокалом в руке, и с усмешкой спрашивает: «Слабо его поцеловать?» Ты фыркаешь, но пьяная гордость и желание доказать ей обратное берут верх. Ты, шатаясь, направляешься к нему сквозь танцующую толпу. Ты грубо хватаешь его за галстук, притягиваешь к себе и впиваешься в губы, но даже не успеваешь отстраниться. Ронан сжимает твою талию стальной хваткой, притягивая к себе так близко, что ты чувствуешь жар его тела, и рычит прямо в губы: «Раз начала, я закончу», после чего бесцеремонно тащит тебя к выходу.

На улице ты пытаешься вырваться, крича, что это была всего лишь шутка и он псих, но Ронан молча запихивает тебя на заднее сиденье своей машины. Ты начинаешь злиться, пытаешься оттолкнуть его, когда он нависает над тобой, но он грубо накрывает твои губы своими. Поцелуй получается слишком долгим, слишком глубоким и пугающе властным. Ты замолкаешь, чувствуя, как гнев сменяется горячей волной возбуждения, и вместо сопротивления твои пальцы сами впиваются в его рубашку, притягивая ближе.

Он расстегивает джинсы, и ты, повинуясь его тяжелой руке на своем затылке, берешь его в рот, чувствуя, как он напрягается под твоими губами. Ронан не дает тебе долго дразнить себя: уже через пару минут он рывком поднимает тебя, слышится громкий треск разрываемой ткани — он просто срывает с тебя колготки. Отбросив клочья в сторону, он грубо раздвигает твои ноги и опускается вниз, вылизывая тебя до дрожи в коленях, заставляя выгибаться и забывать обо всем на свете.

Он поднимается и входит в тебя резко, одним движением, заставляя вскрикнуть от смеси боли и удовольствия. Машина мерно покачивается в такт его жестким, глубоким толчкам, а он прижимается лбом к твоему лбу, не сводя с тебя потемневшего взгляда. Ты сходишь с ума, царапая его спину через рубашку, а он ускоряется, срываясь на хриплый рык. Наклонившись к твоему уху, Ронан прикусывает мочку и произносит, чеканя каждое слово:

— Ты не представляешь, как же я хотел тебя. Все эти два года, каждый раз, когда ты смотрела на меня с ненавистью, я представлял, как ты будешь извиваться подо мной. И вот ты здесь. И теперь ты моя. Навсегда.