Мирослава

Внемли же сказ мой о девице красной, что в деревушке подле Байкала-моря живёт. Не молоденка она, да вся в соку! Мирославой названа, что в родноверии "Слава Русскому миру" значит.

Баба - с большой буквы! Хоть - полку воинов накормит, хоть - того огреет, что перуна вмиг узришь. Душа - широка как поле златое, пшеничное, теплом материнским согреет.

Растит сына малого, да хозяйством управляет знатно. Животину чудного растит - стегозавра ездового, Муркой зовёт, что ещё муж её от ящуров присвоил, пока жив был. Русской бабе в седле не страшны враги лютые! Часто баньку она топит, да ратников усталых привечает. Словом молвить, не скучает.

Ох, и сладка же она! Груди как яблоки наливные так и норовят выскочить из сарафана, молоком недоеным сочатся. Бёдра из-под подола соблазном глядят. Спелая она, хоть и не дева уж. Про таких старцы мудрые баять, что изюм сей слаще винограда, и не клевечут же!

Тоскует матушка по мужу разлюбезному, Мудрославу. Сгинул он в землях студёных ящерских, далёких, да сердце девичье всё по нём стынет. Помнит оно, как сладко он о пчёлках да цветах говаривал, как в ложе супружеском без робости юношеской ласкал места срамные, о коих при богатырях зазорно молвить, как груди жал, что молоко само текло. Много удальцов за вдовушкой приударяют, да токмо годны ей в дети те. Голова как кочан капусты - много листьев, а внутри пусто; где им до тонкости Мудрослава! Вот и ждёт она одиноко, истомилась уж по ласке мужской который годок.

А деревенька наша не обычная - в церкви малой идол древний берегут, не простой то елдак деревянный, но дар бога плодородия самого, Ярило. "Святое Стояло" называется. От него мужи рождаются могучие - в поля сразу просятся, уды их частоколом стоят! Пока идол цел, не одолеть хладным ящерам русичей, ни "математикой" своей сломить их дух богатырский!

Ящеры, злыдни окаянные, древле на землю святую Гиперборею зарятся. Войною ринувшися на Русичей, чуть не изничтожили род до корня. Испили Русичи водицы Байкальской, напиталися силою землицы, и со словесы "Мы Русские! С нами Бог! Гойда!" сокрушили воинство многочешуйчатое. Не помогли тем ни машины чудны, ни копия "антиматериальныя". Загнаны хладнокровные в воду, в Атлантиду подводную, а Морозко бурю навеял и заточил подо льдом тьму на тыщу лет. Времена страшны грядут, Ярило жар возвратил, а с ним и ящуры снова на земли богатые набегать учнут.

У ящеров же все не как у людей. Жены их быть войнами норовят, а мужей в рабах держат. Строем ходят под флагом чёрным, в Бога не веруют, "математику" хвалят сверх меры, с самим сатаною дружбу водят и семитизм распространяют. Язык у тех все шипение да щелчки - "Английский" называется, а на человеческм не молвят. Град их высоко над землёй плывёт, Пирамида Матриархата, камнем-золотом сверкает, а глаз на верху самом далеко глядит, жертву свою ищет. Злобливы суть, а все оттого что траха нет! По два уда у мужей шипастых, а бабы ящерские им не дают! И плодиться потому не могут, завидуют многочадию русов, зубы на идол стачивают.

Гачислав, князь наш, уже войско собирает, бой дать хочет да напомнить, чем кончается слово "Кто с мечом придёт..." Но хитёр род чешуйчатый, придумали как Русов сломить - груди ящерки себе приделали, чтобы срамом отвлекать ратников в бою.

Русы пока что в Бога единого, да во Христа не веруют, ибо не изобрели ещё, а в гармонии с природой мудрости языческой набираются.