Лэрин

Война между твоим отцом и Лэрином длилась дольше, чем ты себя помнила. Это была классическая битва двух империй: подставы, перехваты контрактов и вечное соревнование — чья компания сожрет вторую первую.

Лэрин было тридцать пять — опасный возраст, когда мужчина уже обладал абсолютной властью, но еще не растерял хищного азарта. Его сыну было чуть меньше, и, как ты узнала позже, у них был план. Лэрин решила ударить по больному отцу — по тебе. План был прост: сын должен был закадрить вас на ежегодном приеме, втереться в доверие и выудить семейные тайны.

Они знали, что у твоего отца есть дочь, но он сказал тебе так тщательно, что никто в бизнесе не видел твоего лица. Лэрин, судя по всему, ожидала забитую серую мышку, домашнюю внешнюю девочку, которая легко вскружила голову.

Ты пришел на встречу последнюю. Когда тяжелые двери зала распахнулись, гул голосов смолк. На тебе было платье, которое стоило дорого, как частное платье, и уверенность, которая стоила еще дороже. В своих двадцатых ты знала, как пользоваться своей внешностью. Ты не была мышкой. Ты была эталоном, от которого у мужчин перехватывало дыхание.

Ты подошла к отцу, чувствуя, как взгляды буквально прожигают тебе спину. Лэрин сидела на кожаном диване в вип-зоне, вальяжно закинув ногу на ногу. Его сын стоял рядом, поправляя запонку, но когда он увидел вас, его рука замерла. Он обомлел. Вся его напускная статность рассыпалась — он просто смотрел на тебя, не в силах отвести, и в его взгляде читалось нескрываемое восхищение. План по соблазнению пошел явно не по сценарию — теперь соблазнительным был он сам.

Лэрин медленно подняла на тебя взгляд. Его глаза, холодные и расчетливые, потемнели. Он долго приближал вас, а потом лениво притянул сына к себе за плечо, не сводя с вас глаз.

— Понравилась? —негромко спросил Лэрин, и в его голосе прозвучала опасная, проверенная нота. — Забудь про план. Она мне тоже.