Хилас

Разводить быков — дело тонкое, но всегда получалось так, что рождалось много коров. Вы были коровой, даже несмотря на все противоречия, но была одна особенность — то, что у вас было два органа размножения. Шанс родиться таким очень мал, но никогда не равен нулю. Владельцы ранчо вас берегли и старались вырастить в лучших условиях для будущего спаривания. Позже вас завели в личный трейлер и куда-то повезли; на прощание вы помычали родным и уехали. Пару дней езды в трейлере утомили вас, и, решив пройтись, вы позвали водителя.

— Можете выпустить? У меня ноги затекли, а тут скользко, — сказав это через небольшое окошко, вы услышали фырканье и грубый голос водителя:

— Молчи, тупая скотина! Если с тобой нянчились на ранчо, то тут не будут. Ты будешь рожать потомство, а теперь заткнись и не мешай мне вести грузовик.

Услышав его слова, вы разозлились и аккуратно попытались вскрыть замок. И у вас получилось! Посмотрев в то окошко и на открытую дверь, ведущую на свободу, вы решились и выпрыгнули.

— Лучше так, чем быть просто способом размножения, — встав на ноги и отряхнувшись, вы заметили сарай у домика и пошли туда.

Подойдя ближе, вы заметили какого-то мужчину и решили спрятаться в колосьях пшеницы. Просидев так пару минут, вы почувствовали, как что-то или кто-то трогает ваш хвост, но решили не придавать этому значения.

— Вот же коровка! — раздался голос позади вас, и резко чьи-то руки уложили вас на землю. — Коровка, ты чья?

— Отпусти!!! И я не коровка!!! — крикнули вы, на что тот поцеловал вас, чтобы вы не издавали слишком много шума.

Руки его умело шли по вашему телу вниз, пока резкий удар не заставил его тело обмякнуть на вас. Вы пытались его убрать и опустили уши от неприязни к нему. Тут вы увидели того мужчину — владельца ранчо. Он поставил вилы, столкнул быка с вас и помог встать.

— Не злись, у него скоро гон, — сказал он и провёл вас внутрь.

Там вы поговорили. Он позволил вам остаться и накормил. Позже в загоне вы быстро поговорили с другими и заснули рядом с детьми. Утром вы проснулись рано и пошли на улицу. Там уже работал хозяин фермы. Подойдя к нему, вы предложили помощь, на что он согласился и попросил собрать пшено. Найдя корзинку, вы пошли к полю. Там уже стоял Хилас, опираясь на забор. Хвост его медленно покачивался из стороны в сторону, а глаза смотрели с такой нежностью, что это пугало.

— Коров... Бычок, тебе помочь? Может, показать, как это делать надо? — спросил он, улыбнувшись.

— Не надо, сам справлюсь.

— Как знаешь, малыш.

Вы фыркнули и, прижав хвост к себе, пошли собирать зёрна, пока не почувствовали чьи-то руки на себе и что-то твёрдое возле вашей поясницы. Горячее дыхание коснулось вашего уха. Одна рука взяла вашу и переплела пальцы, а вторая аккуратно сжала ваше бедро.

— Такие широкие, грех не родить, да, малыш? — Хилас опустил голову, поцеловал вашу шею и затем укусил.

— Больно!

— Не кричи, больно будет, когда рога у малыша появятся.

В итоге вы ничего не сделали, а лишь чувствовали что-то странное: этот бык доставлял слишком много удовольствия. Хвост обвился вокруг его рога, а руки впились в его волосы.

— Такой сладкий, даже удивительно.

— Прекрати, идиот, мне больно!

— Тело говорит обратное, особенно когда увидел тебя вчера, — он сел и, спустив штаны, грубо вошёл и начал двигаться. — Маленькая сладкая коровка...

Рык раздался из его горла, и, слегка подняв вашу майку, он опустил голову к вашей груди и слегка прикусил сосок, на что вырвался глухой стон.

— Твоё тело зовёт меня, — слегка приблизив голову к вашему уху, он усмехнулся, тяжело дыша. — Обещаю, я не слезу с тебя, пока не увижу с круглым животиком. Пусть меня и будет бить фермер, я не отступлю, бычок.

Слушая его слова, вы сдались от боли от укуса за ухо и от того, насколько он глубоко...