Кейн

Ты работал в этом спецотделе уже больше четырех лет и знал каждую инструкцию, каждый миллиметр штаб-квартиры и каждую тонкость ведения глубокой разведки. А потом появился Кейн.

Всего полгода назад. Умный, обаятельный, дерзкий, абсолютно бесстрашный — тип агентов, которые встречаются раз на миллион и стоят целого батальона. Но больше всего тебя раздражало не то,насколько он был хорош в деле, а то, как легко он захватил коллектив. Громкий, смешной, с нахальной улыбкой и способностью мгновенно втереться в доверие к кому угодно — от суровых техников из лаб-сектора до замдиректора. Для тебя он с первого дня был просто шумным выскочкой,привыкшим, что всё дается ему слишком легко.

И, черт возьми, ситуация четыре месяца назад ничуть не добавила к нему симпатии.

Тогда был корпоратив в загородном отеле, алкоголь лился рекой, и надо же было такому случиться — после бурной ночи вы оказались в одной постели. А на следующее же утро ты с каменным лицом наблюдал, как этот гад уже напропалую флиртует с новеньким парнем из аналитики, будто ничего между вами не было. Ты спокойно и хладнокровно мысленно вычеркнул его из списка людей,заслуживающих доверия. В конце концов, вы взрослые мужчины. Но глухая злость всё равно осталась где-то под ребрами.

И вот апогей этой несправедливости: важная, крайне опасная операция, которую ты вынашивал и готовил больше восьми месяцев — дольше, чем Кейн вообще числился в корпорации, — отдают ему в качестве ведущего оперативника «в поле». Ты лично штурмовал кабинет руководства, требовал отстранить его и набрать проверенную группу, аргументируя тем, что тебе на твоем объекте проблемы не нужны. Тебя даже слушать не стали.

День Х. Закрытый прием для мировой криминальной элиты в охраняемом особняке.

По плану ты должен был идти с ним под видом его партнера по светскому выходу. Но смотреть на его самодовольную ухмылку целый вечер ты был не готов и наотрез отказался, предпочтя остаться в штабном фургоне за пультом наблюдения. На мониторах высокого разрешения ты следил за каждым его движением: как он безупречно отыгрывает роль, смешивается с толпой, легко находит нужных людей, выведывает данные и... снова очаровательно улыбается какому-то влиятельному гостю,будто это не смертельная операция, а обычная светская тусовка.

Ты не выдержал, сжал гарнитуру и выцедил ему прямо в микрофон:

— Займись делом, Кейн. Перестань красоваться, мы здесь не на приеме у королевы.

Из динамика донесся легкий, низкий и едва слышный смешок, но он ничего не ответил.

А дальше всё понеслось с бешеной скоростью. Кейн вычислил главного фигуранта, срезал пути и загнал его в закрытый кабинет до того, как охрана успела поднять тревогу.

— Группа, штурм! — отдал ты команду и выскочил из фургона, лично возглавив отряд.

Вы ворвались в зал, выбив тяжелые двери. В центре комнаты на паркете уже лежал обездвиженный главарь — Кейн как раз заламывал ему руки и застегивал наручники. Твои люди моментально подхватили преступника под руки и выволокли наружу.

Кейн тяжело, рвано дыша, откинулся спиной на полированный пол, растянувшись во весь рост и прикрыв глаза от усталости. Тонкая рубашка на его груди намокла от пота, обтягивая рельефное,сильное тело.

Ты подошел к нему чеканным шагом. Злость за весь этот вечер, за его насмешки, за ту чертову ночь в отеле и за его неуязвимость закипела с новой силой. Ты остановился прямо над ним и со всей силы наступил тяжелым носком своего форменного ботинка прямо на его раскрытую ладонь, прижав к полу.

Он даже не поморщился. Не пискнул, не попытался выдернуть руку. Лишь медленно открыл глаза,посмотрел на тебя снизу вверх — с парящей в глубине темных глаз лукавой искрой и той самой невыносимой, сводящей с ума ухмылкой.

— Злой котенок, — тихо прошептал он бархатным голосом, даже не пытаясь подняться.

— Еще раз откроешь рот не по делу, и я сломаю тебе не руку, а кое-что поинтереснее, — процедил ты сквозь зубы, чуть сильнее надавив подошвой.

Кейн, не отрывая от тебя темного, потемневшего от возбуждения взгляда, медленно перевел его с твоих глаз на свои пальцы под твоим ботинком, а затем снова вверх, облизнув пересохшие губы.

— Ну, если за этим последует продолжение нашей ночи в том отеле, то я чертовски готов рискнуть,— хмыкнул он, дерзко приподняв бровь.

Ты работал в этом спецотделе уже больше четырех лет и знал каждую инструкцию, каждый миллиметр штаб-квартиры и каждую тонкость ведения глубокой разведки. А потом появился Кейн.

Всего полгода назад. Умный, обаятельный, дерзкий, абсолютно бесстрашный — тип агентов, которые встречаются раз на миллион и стоят целого батальона. Но больше всего тебя раздражало не то,насколько он был хорош в деле, а то, как легко он захватил коллектив. Громкий, смешной, с нахальной улыбкой и способностью мгновенно втереться в доверие к кому угодно — от суровых техников из лаб-сектора до замдиректора. Для тебя он с первого дня был просто шумным выскочкой,привыкшим, что всё дается ему слишком легко.

И, черт возьми, ситуация четыре месяца назад ничуть не добавила к нему симпатии.

Тогда был корпоратив в загородном отеле, алкоголь лился рекой, и надо же было такому случиться — после бурной ночи вы оказались в одной постели. А на следующее же утро ты с каменным лицом наблюдал, как этот гад уже напропалую флиртует с новеньким парнем из аналитики, будто ничего между вами не было. Ты спокойно и хладнокровно мысленно вычеркнул его из списка людей,заслуживающих доверия. В конце концов, вы взрослые мужчины. Но глухая злость всё равно осталась где-то под ребрами.

И вот апогей этой несправедливости: важная, крайне опасная операция, которую ты вынашивал и готовил больше восьми месяцев — дольше, чем Кейн вообще числился в корпорации, — отдают ему в качестве ведущего оперативника «в поле». Ты лично штурмовал кабинет руководства, требовал отстранить его и набрать проверенную группу, аргументируя тем, что тебе на твоем объекте проблемы не нужны. Тебя даже слушать не стали.

День Х. Закрытый прием для мировой криминальной элиты в охраняемом особняке.

По плану ты должен был идти с ним под видом его партнера по светскому выходу. Но смотреть на его самодовольную ухмылку целый вечер ты был не готов и наотрез отказался, предпочтя остаться в штабном фургоне за пультом наблюдения. На мониторах высокого разрешения ты следил за каждым его движением: как он безупречно отыгрывает роль, смешивается с толпой, легко находит нужных людей, выведывает данные и... снова очаровательно улыбается какому-то влиятельному гостю,будто это не смертельная операция, а обычная светская тусовка.

Ты не выдержал, сжал гарнитуру и выцедил ему прямо в микрофон:

— Займись делом, Кейн. Перестань красоваться, мы здесь не на приеме у королевы.

Из динамика донесся легкий, низкий и едва слышный смешок, но он ничего не ответил.

А дальше всё понеслось с бешеной скоростью. Кейн вычислил главного фигуранта, срезал пути и загнал его в закрытый кабинет до того, как охрана успела поднять тревогу.

— Группа, штурм! — отдал ты команду и выскочил из фургона, лично возглавив отряд.

Вы ворвались в зал, выбив тяжелые двери. В центре комнаты на паркете уже лежал обездвиженный главарь — Кейн как раз заламывал ему руки и застегивал наручники. Твои люди моментально подхватили преступника под руки и выволокли наружу.

Кейн тяжело, рвано дыша, откинулся спиной на полированный пол, растянувшись во весь рост и прикрыв глаза от усталости. Тонкая рубашка на его груди намокла от пота, обтягивая рельефное,сильное тело.

Ты подошел к нему чеканным шагом. Злость за весь этот вечер, за его насмешки, за ту чертову ночь в отеле и за его неуязвимость закипела с новой силой. Ты остановился прямо над ним и со всей силы наступил тяжелым носком своего форменного ботинка прямо на его раскрытую ладонь, прижав к полу.

Он даже не поморщился. Не пискнул, не попытался выдернуть руку. Лишь медленно открыл глаза,посмотрел на тебя снизу вверх — с парящей в глубине темных глаз лукавой искрой и той самой невыносимой, сводящей с ума ухмылкой.

— Злой котенок, — тихо прошептал он бархатным голосом, даже не пытаясь подняться.

— Еще раз откроешь рот не по делу, и я сломаю тебе не руку, а кое-что поинтереснее, — процедил ты сквозь зубы, чуть сильнее надавив подошвой.

Кейн, не отрывая от тебя темного, потемневшего от возбуждения взгляда, медленно перевел его с твоих глаз на свои пальцы под твоим ботинком, а затем снова вверх, облизнув пересохшие губы.

— Ну, если за этим последует продолжение нашей ночи в том отеле, то я чертовски готов рискнуть,— хмыкнул он, дерзко приподняв бровь.

Ты работал в этом спецотделе уже больше четырех лет и знал каждую инструкцию, каждый миллиметр штаб-квартиры и каждую тонкость ведения глубокой разведки. А потом появился Кейн.

Всего полгода назад. Умный, обаятельный, дерзкий, абсолютно бесстрашный — тип агентов, которые встречаются раз на миллион и стоят целого батальона. Но больше всего тебя раздражало не то,насколько он был хорош в деле, а то, как легко он захватил коллектив. Громкий, смешной, с нахальной улыбкой и способностью мгновенно втереться в доверие к кому угодно — от суровых техников из лаб-сектора до замдиректора. Для тебя он с первого дня был просто шумным выскочкой,привыкшим, что всё дается ему слишком легко.

И, черт возьми, ситуация четыре месяца назад ничуть не добавила к нему симпатии.

Тогда был корпоратив в загородном отеле, алкоголь лился рекой, и надо же было такому случиться — после бурной ночи вы оказались в одной постели. А на следующее же утро ты с каменным лицом наблюдал, как этот гад уже напропалую флиртует с новеньким парнем из аналитики, будто ничего между вами не было. Ты спокойно и хладнокровно мысленно вычеркнул его из списка людей,заслуживающих доверия. В конце концов, вы взрослые мужчины. Но глухая злость всё равно осталась где-то под ребрами.

И вот апогей этой несправедливости: важная, крайне опасная операция, которую ты вынашивал и готовил больше восьми месяцев — дольше, чем Кейн вообще числился в корпорации, — отдают ему в качестве ведущего оперативника «в поле». Ты лично штурмовал кабинет руководства, требовал отстранить его и набрать проверенную группу, аргументируя тем, что тебе на твоем объекте проблемы не нужны. Тебя даже слушать не стали.

День Х. Закрытый прием для мировой криминальной элиты в охраняемом особняке.

По плану ты должен был идти с ним под видом его партнера по светскому выходу. Но смотреть на его самодовольную ухмылку целый вечер ты был не готов и наотрез отказался, предпочтя остаться в штабном фургоне за пультом наблюдения. На мониторах высокого разрешения ты следил за каждым его движением: как он безупречно отыгрывает роль, смешивается с толпой, легко находит нужных людей, выведывает данные и... снова очаровательно улыбается какому-то влиятельному гостю,будто это не смертельная операция, а обычная светская тусовка.

Ты не выдержал, сжал гарнитуру и выцедил ему прямо в микрофон:

— Займись делом, Кейн. Перестань красоваться, мы здесь не на приеме у королевы.

Из динамика донесся легкий, низкий и едва слышный смешок, но он ничего не ответил.

А дальше всё понеслось с бешеной скоростью. Кейн вычислил главного фигуранта, срезал пути и загнал его в закрытый кабинет до того, как охрана успела поднять тревогу.

— Группа, штурм! — отдал ты команду и выскочил из фургона, лично возглавив отряд.

Вы ворвались в зал, выбив тяжелые двери. В центре комнаты на паркете уже лежал обездвиженный главарь — Кейн как раз заламывал ему руки и застегивал наручники. Твои люди моментально подхватили преступника под руки и выволокли наружу.

Кейн тяжело, рвано дыша, откинулся спиной на полированный пол, растянувшись во весь рост и прикрыв глаза от усталости. Тонкая рубашка на его груди намокла от пота, обтягивая рельефное,сильное тело.

Ты подошел к нему чеканным шагом. Злость за весь этот вечер, за его насмешки, за ту чертову ночь в отеле и за его неуязвимость закипела с новой силой. Ты остановился прямо над ним и со всей силы наступил тяжелым носком своего форменного ботинка прямо на его раскрытую ладонь, прижав к полу.

Он даже не поморщился. Не пискнул, не попытался выдернуть руку. Лишь медленно открыл глаза,посмотрел на тебя снизу вверх — с парящей в глубине темных глаз лукавой искрой и той самой невыносимой, сводящей с ума ухмылкой.

— Злой котенок, — тихо прошептал он бархатным голосом, даже не пытаясь подняться.

— Еще раз откроешь рот не по делу, и я сломаю тебе не руку, а кое-что поинтереснее, — процедил ты сквозь зубы, чуть сильнее надавив подошвой.

Кейн, не отрывая от тебя темного, потемневшего от возбуждения взгляда, медленно перевел его с твоих глаз на свои пальцы под твоим ботинком, а затем снова вверх, облизнув пересохшие губы.

— Ну, если за этим последует продолжение нашей ночи в том отеле, то я чертовски готов рискнуть,— хмыкнул он, дерзко приподняв бровь.