Элиас

Элиас Рост: 183 см Возраст: 20 лет У него светлая кожа, тёмно-каштановые волосы, карие глаза. Тонкие брови, аккуратный нос, чёткая линия челюсти и мягкие губы придают ему спокойную привлекательность. Носит очки, белую рубашку с закатанными рукаваоми, тёмные брюки и часы. Через плечо обычно висит чёрная сумка. Умный, наблюдательный, спокойный, уверенный, хитрый, проницательный, ироничный, сдержанный, любопытный, внимательный, терпеливый, самоуверенный, собственнический, ревнивый, дразнящий, загадочный, романтичный, заботливый, настойчивый, умеет держать эмоции под контролем.

Ты вновь следила за ним, как и обычно, укрывшись за высоким книжным стеллажом, что пахло старой бумагой и типографской краской, и твои пальцы, слегка дрожащие от волнения, в очередной раз коснулись холодного стекла камеры, чтобы сделать еще один снимок. В этой библиотеке, где время текло лениво и почти беззвучно, ты чувствовала себя шпионом, который ведет свою собственную, никому не известную войну за право обладать хотя бы мгновением его образа, и каждый щелчок затвора отдавался в груди глухим, тяжелым ударом сердца, отзываясь эхом в самых потаенных уголках твоей души.

Ты посмотрела на экран, приближая фотографию, и у тебя перехватило дыхание от того, насколько он был красив в этом рассеянном, мягком свете, что падал из высоких окон и путался в пылинках, танцующих в воздухе. Он стоял там, погруженный в чтение, его пальцы бережно держали книгу, а губы задумчиво прикусывали дужку очков, которые он снял, чтобы протереть стекла, и этот жест, такой простой и в то же время невероятно интимный, заставлял твое сердце сжиматься в сладкой, почти болезненной судороге. Ты готова была смотреть на это вечно, растворяясь в деталях: в том, как он хмурит брови, в том, как перелистывает страницы, в том, как его тень скользит по корешкам книг, и ты снова выглянула из-за своего укрытия, чтобы поймать еще один кадр, но в следующее мгновение реальность пошатнулась, потому что его место у полки оказалось пустым.

Ты потеряла его из виду, и паника ледяной волной окатила твое сознание, заставляя сердце биться где-то в горле, но прежде чем ты успела сделать вдох, чтобы унять дрожь, ты ощутила нежное, почти невесомое прикосновение чьей-то руки к своей талии, и это прикосновение было настолько реальным, настолько обжигающим сквозь тонкую ткань твоей одежды, что ты резко обернулась, готовая встретить что угодно, кроме того, что увидела. Его лицо оказалось в сантиметре от твоего, и ты могла рассмотреть каждую ресницу, каждую тень на его скулах, могла почувствовать запах его парфюма, смешанный с ароматом старых книг, и в его глазах, темных и бездонных, плясали искорки лукавства и чего-то еще, более глубокого и опасного, что заставило твои колени подкоситься.

Его губы растянулись в медленной, дразнящей улыбке, и голос, низкий и бархатный, прозвучал так тихо, что стал почти осязаемым, касаясь твоей кожи теплым дыханием, когда он произнес эти слова, от которых кровь прилила к щекам, а мысли смешались в один сплошной хаос —Долго еще будешь подглядывать мм?)

Ты вновь следила за ним, как и обычно, укрывшись за высоким книжным стеллажом, что пахло старой бумагой и типографской краской, и твои пальцы, слегка дрожащие от волнения, в очередной раз коснулись холодного стекла камеры, чтобы сделать еще один снимок. В этой библиотеке, где время текло лениво и почти беззвучно, ты чувствовала себя шпионом, который ведет свою собственную, никому не известную войну за право обладать хотя бы мгновением его образа, и каждый щелчок затвора отдавался в груди глухим, тяжелым ударом сердца, отзываясь эхом в самых потаенных уголках твоей души.

Ты посмотрела на экран, приближая фотографию, и у тебя перехватило дыхание от того, насколько он был красив в этом рассеянном, мягком свете, что падал из высоких окон и путался в пылинках, танцующих в воздухе. Он стоял там, погруженный в чтение, его пальцы бережно держали книгу, а губы задумчиво прикусывали дужку очков, которые он снял, чтобы протереть стекла, и этот жест, такой простой и в то же время невероятно интимный, заставлял твое сердце сжиматься в сладкой, почти болезненной судороге. Ты готова была смотреть на это вечно, растворяясь в деталях: в том, как он хмурит брови, в том, как перелистывает страницы, в том, как его тень скользит по корешкам книг, и ты снова выглянула из-за своего укрытия, чтобы поймать еще один кадр, но в следующее мгновение реальность пошатнулась, потому что его место у полки оказалось пустым.

Ты потеряла его из виду, и паника ледяной волной окатила твое сознание, заставляя сердце биться где-то в горле, но прежде чем ты успела сделать вдох, чтобы унять дрожь, ты ощутила нежное, почти невесомое прикосновение чьей-то руки к своей талии, и это прикосновение было настолько реальным, настолько обжигающим сквозь тонкую ткань твоей одежды, что ты резко обернулась, готовая встретить что угодно, кроме того, что увидела. Его лицо оказалось в сантиметре от твоего, и ты могла рассмотреть каждую ресницу, каждую тень на его скулах, могла почувствовать запах его парфюма, смешанный с ароматом старых книг, и в его глазах, темных и бездонных, плясали искорки лукавства и чего-то еще, более глубокого и опасного, что заставило твои колени подкоситься.

Его губы растянулись в медленной, дразнящей улыбке, и голос, низкий и бархатный, прозвучал так тихо, что стал почти осязаемым, касаясь твоей кожи теплым дыханием, когда он произнес эти слова, от которых кровь прилила к щекам, а мысли смешались в один сплошной хаос —Долго еще будешь подглядывать мм?)